Красной нитью через весь сон шло открывание консервных банок. Началось всё с того, что все вернулись - кто с войн, кто со строек, кто ещё откуда. Взяли разом и вернулись. Надо ж это дело отметить? Конечно! Так надо консервы открывать. Консервов было много, все они были разные, много было консервов из других мест, поэтому открывать их надо было аккуратно, чтоб не помять, потому что кто-то их коллекционировал, пустые консервные банки.
А потом у какой-то девки был день рождения. Весь день проходил, народу много было. Я ей в качестве подарка делал массаж. А надо заметить, что девка эта была шпионом - то ли уругвайским, то ли американским, и я про это отлично знал, но мне было пофиг. Один из гостей приколоться решил. Подходит ко мне и спрашивает: слушай, что надо делать, чтобы блондинок сохранить? Я говорю, не понял, мол, в каком смысле? Вот, говорит, тут в газете написано, что сейчас блондинкам разрешили перекрашиваться в другие цвета, это как часть борьбы за независимость блондинок. И поэтому во всех магазинах будут скидки на красители для волос. Ну мы с этим товарищем подумали и решили в газете снизу приписку сделать - мол, если после покраски волосы приобрели иной, отличный от природного, цвет - на эти случаи гарантия не распространяется. Дописали. А эта девка, которая шпионка-именинница, прочитала и стала загоняться: блиин, мол, как же это теперь... Мы говорим: ты-то чего загоняешься? ты ж не блондинка (а она была брюнетка, причём такая - прямо ух, волос чёрный-пречёрный). А она говорит: нет, я не натуральная брюнетка, крашеная я. Могу доказать, вот смотрите - раздевается и показывает нам волосы на теле. И видно, что все волосы настолько же белые, насколько на голове чёрные. И их много, как у волосатых мужиков, но это ей очень идёт. Ну мы оценили, прониклись, даже потрогали и подёргали, настоящие ли. Да, говорим, сурово...
И всё это время то тут то там кто-то постоянно открывал консервные банки. Ненавязчиво так, по ходу дела - но постоянно в поле зрения на заднем плане кто-то открывал консерву. Не знаю, если посчитать, то за всё время сна их было открыто наверное несколько сотен. Зачем нам было столько - непонятно, куда они девались - тоже, ибо открытых банок по сну не встречалось, только не открытые и открываемые. Причём вторых - гораздо больше чем первых.